March 28th, 2016

Контрольный в голову

Я очень люблю работы Владимира Бейдера: четко сформулировано и ясно донесено. Эта статья посвящена скандалу последней недели, когда солдат выстрелил в голову террористу, уже "обезвреженному" после теракта.
Что же касается нашего премьер-министра... Во всяком случае на МОЙ голос, Биби может больше не рассчитывать. Я промолчала после истории с эфиопским солдатом, я была очень недовольна, но промолчала с историей о поджоге дома в арабской деревне. История с израильским солдатом поставила точку в наших отношениях. Бай, Биби, бай!...


Эта история с солдатом, застрелившим раненого террориста в Хевроне, действительно требует расследования.
Но не только действий самого солдата, уже посаженного в тюрьму, и его командиров, уже наказанных вышестоящим начальством.
Вполне вероятно, что он нарушил внутренние армейские инструкции — и должен понести дисциплинарное наказание. Именно дисциплинарное и именно за нарушение инструкций, если основания для этого есть. Что должны решать армейские инстанции — по своим правилам, у себя.
То, что этот инцидент, касающийся действий армии — и только армии — в тот же день стал предметом широкого общественного обсуждения, а вернее обвинения солдата (действия которого еще не были расследованы командованием части и военной прокуратурой), то, что к этим обвинениям тут же присоединились депутаты Кнессета и самое страшное — премьер министр и министр обороны, превращает это дело из внутриамейского в общественное.
И теперь мы, общество, должны потребовать расследования действий всех тех, кто причастен к этому самосуду.
1. Мы должны требовать тщательного расследования того, как на месте теракта оказался араб, активист "правозащитной" организации "Бецелем", который заснял инцидент. Любому журналисту известно, что стать свидетелем такого события — удача, случающаяся раз в жизни. Если только не знать о намечающемся теракте заранее. Насколько это было случайно — следует выяснить и объявить публично.
2. Глава Объединенного арабского списка Айман Уде обвинил Израиль в казни раненого и не представляющего опасности террориста. Поскольку это утверждает депутат Кнессета, парламентарий нашего государства, его коллеги по Кнессету должны потребовать от него публичного обоснования своего утверждения. В частности: считает ли он террориста, пришедшего с оружием в руках убивать израильтян и не осуществившего свое намерения только потому, что его убили раньше, безвинной жертвой?
3. К сожалению, этот же вопрос мы должны задать (публично и с требованием однозначного ответа) тем, кто прежде всего отвечает за нашу безопасность, — министру обороны и премьер-министру. Та поспешность, с которой они, не дожидаясь результатов расследования, фактически солидаризировались с Айманом Уде, вызывает целый ряд важных вопросов к ним.
Если Биньямин Нетаниягу и Буги Яалон считают — в отличие от Аймана Уде, — что террорист, пытающийся с оружием в руках убить еврея, заслуживает смерти, то почему они так поспешили осудить солдата, все-таки застрелившего его?
Если они так не считают, то как они могут нас защитить?
Вот уже полгода террористы-"одиночки" ежедневно совершают попытки убивать евреев в Израиле. Единственное, что политическое руководство страны и в первую голову премьер и министр обороны в состоянии противопоставить этим атакам, — разрешить армии и полиции убивать террористов на месте преступления. "Того, кто пришел тебя убить, убей сам", — надеюсь, не только танахический принцип, но и, пусть в другой формулировке, смысл инструкции по открытию огня в сегодняшних условиях. Единственное, что может лишить этих зомбированных убийц их мотивации (если не предпринимать более радикальных мер, которые не предпринимаются), — непреложное правило, что их при попытке теракта обязательно убьют. Пока нет другого противоядия, должно быть это. Но применяться должно неукоснительно.
24 марта, в день теракта, вакханалия, поднятая по поводу контрольного в голову террористу, безусловно заслуживающему смерти, ослабила действие этого противоядия многократно. Участие в этом процессе премьер-министра и министра обороны, полгода не знающих, как справляться с террором иными способами, позорно и безответственно.
Это и нужно расследовать параллельно с расследованием действий солдата, которое уже ведется, и результаты которого для наших оценок действий других фигурантов не очень и важны.

Оригинал

ПОВЕЗЛО МНЕ, АНДРЮХА!

Ответ Человека поцреету. Думаю, с подобными "андрюхами" сталкивался каждый из нас. "Андрюх"--много, их подавляющее большинство. Но мои симпатии на стороне автора письма. Дай Б-г, и у него все получится.

Получаю это я комментарий. Хороший. Развёрнутый. И симптоматично русский. Прям не комментарий, а целое коммюнике типа эссе. Про то, как мне, оказывается, повезло, а я, дурак, этого и не заметил. Так и написано: «Но ты — ты так и не понял, что тебе очень повезло». А дальше объясняется, где я конкретно непонятливый на всю голову.
Первое и самое главное: «тебе повезло родиться в России». И вот что тут скажешь! Ну, повезло, чо!.. Причём, я далеко не первый в своей семье, кому выпала такая неземная радость. Настолько не первый, что положа руку куда надо, вынужден заметить, что вообще-то у меня и вариантов не было. Только Россия. Просто я понятия не имел, что это везение.

Но сначала повезло моему прадеду. Он, идиот, тоже не задумывался о том, что за счастье свалилось ему на голову. А уж ему-то точно «свезло так свезло!» Я даже поимённо знаю тех «водолазов», без которых не обошлось. Пять коров и семь лошадей прадеда передохли в колхозе, а самого его, от греха подальше, тихо убили в овраге. Убили чекисты, свалив убийство на кулаков. Каких кулаков? Прадед и его шесть братьев — единственные, кого на нашем Хуторе чекисты сочли кулаками.
Следующей хлебнула государственного везения моя бабушка, дочь того самого убитого прадеда. Голод тридцатых и конца сороковых — уже само по себе счастье, какого хрен где в остальной Европе найдешь. Так ей, слава богу, повезло разбавить это всё ещё и войной! Было бегство с пятилетним ребёнком (моей матерью) из-под расстрела, где погибли пятеро братьев и сестёр бабушки (на месте расстрела сейчас памятник), был концлагерь и было бегство из концлагеря, была работа связной между партизанским отрядом и подпольным райкомом, была жизнь в землянке и снова голод. Повезло, выжила.

И был светлый праздник Победы. А дальше, Андрюх, знаешь, что было? Дальше — обвинение в том, что «не участвовала с оружием в руках в борьбе против врага». Про тех, кто этого врага запустил в Брянские леса, в обвинении ни слова не оказалось. Офигенные претензии к женщине, особенно после всего, что она испытала! Снова засветил концлагерь, только теперь не немецкий, а свой, родной.
Но ей опять повезло! Она добралась до Москвы и разыскала знаменитого партизанского командира Сабурова. Тот два раза оставался у нас на ночь, когда вокруг лютовали мадьяры и эсэсовцы. Сабуров написал бумагу, в которой подтвердил, что бабушка действительно была связной между отрядом и подпольем. Больше он сделать ничего не мог. Развёл руками: «Теперь как повезёт!»

Collapse )

Тот, который не стрелял

Дрор Зихерман--тот самый, который не стрелял. Но он до конца дней своих будет корить себя за это.
Все произошло в 2005 году на блок-посту в районе Тулькарем. В тот злополучный день Зихерман был ранен, а его командир, лейтенант Ури Бинамо, убит. Все это время Дрор молчал, но последние события заставили его заговорить.
В своем Facebook Зихерман пишет: "Я должен избавиться от чего-то, что давит мне на сердце последние два дня, после публикации новости о солдате, застрелившем террориста. Я все сделал согласно инструкциям--и я за это заплатил".
Зихерман находился в составе передвижного патруля, выставлявшего блок-посту на Хануку. Патруль остановил палестинское такси, в котором находилось восемь человек. Один молодой человек был в толстой кожаной куртке, несмотря на теплую погоду. Он вызвал подозрение, и его решили проверить.
Зихерман прицелился в голову подозреваемого.
"Затем произошел диалог, который я не забуду никогда в жизни. Лейтенант обернулся ко мне и сказал: Ты не стреляешь! Естественно, я подчинился. Лейтенант обернулся к террористу, и стал с ним говорить--сначала на иврите, потом на арабском. Тот сделал вид, что снимает куртку, но на самом деле привел в действие взрывное устройство весом в 30 кг. Ури был убит, я--тяжело ранен. Каждую ночь ко мне возвращается этот кошмар. Я действовал согласно инструкциям, согласно приказу, и мы оба--и я, и Ури--заплатили за это".
"Я не знаю то, что за ситуация была там, но он не убил человека, он убил террориста, потому что он хотел спасти своих друзей..., он не убийца".
"Армия должна проверить то, что произошло, но она не должна судить об этом по Facebook или по СМИ".