May 13th, 2016

Толпа готова стать героем

Случайно наткнулась на статью в "Блоге Пастухова" на ВВС и читала--не могла оторваться. Наверное потому, что все эти "жизнеописания" идентичны моим впечатлениям, только описано все на правильном русском. Толпа готова стать героем (4 января 2016)--считает автор. К чему это может привести--даже подумать страшно.
К сожалению, поисковик русской службы
ВВС работает в "неполном режиме" (и сколько я себя помню, столько же они извиняются за это и уверяют, что "работают над решением проблемы"), поэтому, свежие материалы найти там проблематично. А я оченно рекомендую статьи из недавнего прошлого, которое привело к нынешнему смутному времени:
Синдром отключенного сознания, 8 декабря 2014
Синдром измененного сознания, 5 мая 2015

На закате XIX века известный русский либеральный мыслитель Николай Михайловский опубликовал ставшую для России канонической статью "Герои и толпа", где сформулировал русское социальное кредо – историю делают герои, остальные – просто толпа. Тем не менее, хотя в России всегда делали ставку на героев, в трагические, роковые минуты ее истории именно толпа играла решающую роль, становясь неожиданно главным действующим лицом. В смутное для русской истории время именно толпа становится героем.

Империя страха
Главным итогом прошедшего года является не столько деградация русской политики, сколько деградация русского общества. Собственно политические "достижения" года (как в позитивном, так и в негативном смысле) не выглядят ни значительными, ни впечатляющими. В русской политике за год, на мой взгляд, не произошло ничего принципиально нового, что выбивалось бы из установившейся тенденции: военная операция в Сирии есть логичное продолжение спецоперации на Украине, усиление репрессии против диссидентов укладывается в парадигму борьбы с "оранжевой угрозой" в условиях "гибридной войны", которую Россия объявила Америке. А вот в русском обществе, похоже, происходят по-настоящему серьезные и качественные перемены.
В русском общественном сознании стали доминировать три чувства: страх, апатия и мыслебоязнь.
Латентный, но всепроникающий страх стал главной приметой нашего времени. В этом страхе люди предпочитают не сознаваться даже перед самими собой. Они не то чтобы боятся, а подсознательно избегают всего того, что, как им кажется, может им навредить. Оказалось, что в обществе, в анамнезе которого был "большой террор", не надо возобновлять массовые репрессии для того, чтобы включить механизм тотального конформизма. Никто не заставляет судью из Приморья отказывать в усыновлении ребенку-инвалиду, он делает это по собственной инициативе "на всякий случай". Депутатов не расстреливают за голосование, как делегатов XVII съезда, но они выступают в едином порыве и за закон Димы Яковлева, и за аннексию Крыма, и за войну в Сирии. Этот перечень можно продолжать бесконечно.
Люди прекрасно понимают, какой сигнал посылает им власть, и стараются двигаться в желательном для власти русле совершенно добровольно и молча. Общество очевидно страдает "синдромом эмоционального выгорания", и поэтому старается игнорировать все то, что способно вывести его из состояния душевного комфорта. Конечно, отдельные события иногда могут пробить брешь в этой защитной броне усталости и безразличия (так случилось после убийства Немцова и, отчасти, после фильма Навального о семье Чайки), но в большинстве случаев люди предпочитают не обращать внимания на шокирующую российскую действительность.
Collapse )

История с моралью

Пришел однажды цветочник к парикмахеру постричься. Когда пришла очередь платить, парикмахер сказал: "Я не могу взять деньги. На этой неделе я стригу на общественных началах".
Цветочник поблагодарил его и ушел. На следующее утро, когда парикмахер пришел открывать свое заведение, перед дверью он увидел благодарственное письмо и двенадцать роскошных роз.
Затем пришел постричься пекарь. Когда он хотел заплатить, парикмахер сказал: "Я не могу взять деньги. На этой неделе я стригу на общественных началах".
Пекарь, довольный, ушел. На следующее утро парикмахер обнаружил у двери благодарственное письмо и коробку с двенадцатью пирожными с кремом.
А потом пришел стричься сенатор. Когда он уже собирался платить, парикмахер опять таки сказал: "Я не могу взять деньги. На этой неделе я стригу на общественных началах".
Сенатор очень обрадовался и ушел. А на следующий день...
На следующий день, когда парикмахер пришел на работу, у двери его стояло двенадцать сенаторов, десять депутатов, пятнадцать советников, мэр, несколько министров, жена мэра и шестеро детей--все на бесплатную стрижку, конечно же.
В этом, дорогой мой друг, и заключается разница между обыкновенными людьми и членами группы "честных" людей, которые нами управляют.